mgupizdat
"Редакторская колокольня" появилась благодаря owldi, а остальное появилось благодаря этому забавному и меткому словосочетанию

Орден Редакторской Ручки из Хирургической Стали дислоцируется в Редакторской колокольне.
Редакторская колокольня – сакральное место, воображаемая комната, которая есть у каждого (каждой) из нас. Редакторская колокольня нас всех объединяет, хотя у каждого она своя. Мы забираемся на неё, когда профессиональный долг требует своего исполнения. Мы забираемся на неё, когда редактируем, когда корректируем, когда переписываем авторов, когда пишем «ЧС» на полях, когда смеёмся или плачем над рукописями. Эта секретная лаборатория – тот уголок, где из сырой рукописи формируется настоящая книга, которую не стыдно отдать читателю.
Редакторская колокольня насчитывает в высоту головокружительное число метров. У некоторых она и вовсе упирается в стратосферу, правда, не стоит забывать, что такая высота не всегда является показателем таланта или статуса редактора. Частенько она просто свидетельствует о комплексах, мании величия, а подчас и вовсе диагнозе каком-нибудь. Важно, что эта комната – на бооооольшой высоте, подальше от всех прочих, ведь вид сверху лучше (да и снайперски плеваться проще). А самое главное – редактору должно казаться, что он над авторским текстом, и высота Редакторской колокольни как нельзя лучше для этого подходит. Однако если вышло так, что ты наделён правом исправлять, ты обязан быть достойным этого права.
Поддерживает и качество права исправлять, и достоинство его обладателя – собственно редактора – прекрасная винтовая лестница, сложенная из многих, многих, многих книг. Чем выше колокольня, тем больше книг-ступеней должен преодолеть редактор, поднимаясь на своё рабочее место. Своим восхождением он постоянно доказывает, что привилегия высоко сидеть и далеко глядеть даётся жаждой знаний, стремлением к саморазвитию и самосовершенствованию, терпением, а ещё, как говорил знакомый нам всем Кристоф Плантен, трудом и постоянством. Великие слова!
Комната в Редакторской колокольне обязательно должна иметь большое зеркало. Зеркало здесь для того, чтобы редактор мог взглянуть на себя со стороны и не забывать, что суровым критическим взглядом нужно смотреть не только на рукопись или её автора, но и на себя и свою работу. Редактору требуется знать всё лучше всех и при этом всегда сомневаться в каждом знаке на странице – и в том, что поставлен автором, и в том, что ставит он сам. Зеркало незаменимо и тогда, когда редактор на время становится автором. По зеркалу начинают показывать удивительные вещи. Автор остаётся за столом, а редактор (тот самый внутренний редактор, который сводит судорогой руку, если нужно что-то написать) сверкает критическим оком из зеркала, задаёт страшные редакторские вопросы, грязно ругается, читая свежую писанину, и непотребно обзывается. Разумеется, во имя высоких целей. В Редакторской колокольне вообще всё такое высокое – и цели, и средства, и отношения.
Наверху в Редакторской колокольне обязательно есть камин, в который мы пачками мысленно швыряем тексты – чужие и, бывает, свои тоже. Хотя бы раз в жизни мы вдруг понимаем, что являемся не просто редакторами, а пишущими редакторами. Самопишущими редакторами. И тогда собственную Редакторскую Ручку из Хирургической Стали приходится обращать против себя, как бы ужасно это ни было. Зато как рад внутренний редактор!
Наконец, Редакторская колокольня – это реликварий Ордена. Физическое воплощение Редакторской Ручки из Хирургической Стали может быть любым. Мы сжимаем пальцами карандаш, корпус шариковой ручки из пластика или капиллярной ручки из металла. А может быть, в руках у нас компьютерная мышка, стилус, гусиное перо, деревянная палочка, свежесорванная веточка сирени, зубочистка или роза – не важно. Форма Редакторской Ручки для каждого своя, ибо сколько редакторов – столько и Редакторских Ручек. Главное, чтобы суть Ручки была одна на всех. И чтобы её Хирургическая Сталь была яркой и незамутнённой.
А теперь – поднимаемся на Редакторскую колокольню!